Каска с привилегиями
Живой диалог студентов должен был состояться с министром строительства РТ Маратом Айзатуллиным. Но в какой-то момент в команде властей произошла замена. Вместо главного строителя вышел его первый зам Дамир Шайдуллин. Компанию ему составил отраслевой федеральный замминистра Константин Михайлик.
Каждому студенту был приготовлен на кресле подарок — строительная каска. «Вот до чего жизнь опасной стала, — сыронизировала девушка в разговоре с подругой. — Раньше бейсболки раздавали на подобных мероприятиях, а теперь — каски».
«Интересно, от чего она спасет?» — поинтересовалась подруга.
«Не знаю, наверное, от финансового краха. Вряд ли с ними испытания с падающим кирпичом проводились», — отреагировала та.
Надо сказать, что организаторы немного заискивали перед молодой публикой. В подарок выбрали не желтые или оранжевые каски, а именно белые, которые на строительной площадке предназначены для руководящего состава, инженеров и проверяющих лиц. Правда, выглядели они уж слишком хлипко. Да и наспех приклеенная наклейка с эмблемой мероприятия тоже быстро отвалилась.
Удивительная вещь. Казалось бы, свободный разговор, задавай любые вопросы представителям отрасли. Но нет. Все равно находились «засланные казачки», которые мало того, что спрашивали о насущном по бумажке, так еще и не заметили смены спикера и обращались как написано — к Марату Мансуровичу.
Но все же молодость и храбрость берет свое. Среди аудитории нашлись те, кто смог поставить в замешательство чиновников и затронул действительно актуальные темы.
Занесите это в протокол
К примеру, одного из студентов по-настоящему тронуло за живое то, что творится с Мергасовским домом: «Сейчас идет дискуссия, что же с ним будут делать: сносить или реставрировать. Кто-то признает, что это аварийное здание. Знаю, что иногда сносят такие здания, а потом визуально возводят то же самое. Но мне кажется, историческая ценность пропадает при такой модернизации».
И удивительно, какой разной тут была реакция двух замминистров. Федеральный гость тут же выпалил, что позиция Минстроя России — сохранить Мергасовский дом. «Запишите это в протокол», — шутливо произнес чиновник.
Тогда как Дамир Шайдуллин наотрез отказался комментировать данную ситуацию, сославшись на то, что это дела городские, и мэрия Казани принимает по этому объекту решение, а не республиканское министерство. А жаль, что у ведомства нет своего мнения по вопросу, который волнует общество.
«Корпорации «Дом.РФ» было дано поручение сделать цифровую платформу для того, чтобы субъекты рынка могли найти исторические объекты на карте. И регион давал бы какие-то послабления компаниям, которые будут восстанавливать здание, — пришел в защиту своего коллеги Константин Михайлик. — Даже притом, что все регионы ломанулись в эту историю, найти застройщика, который готов взять старый объект культурного наследия, восстановить его по закону (а смысла иначе нет, тогда теряется вся уникальность здания), и потом эффективно использовать, очень мало».
Надо понимать, что экономическая целесообразность такой операции возможна в единичных случаях. А на все денег никогда не хватит.
«Есть же и фундаменты, и конструктивные элементы, которые не дают возможности восстановления именно вот этого объекта, — не выдержал татарстанский чиновник. — То есть каждый объект индивидуален, и он очень дорого реализуется по ремонту сейчас», — определился все же со своей позицией Дамир Шайдуллин.
Строители получают больше айтишников
Другой чувствительный вопрос пришел от двух девушек из КГАСУ. Сначала Ева поинтересовалась, почему молодые выпускники не получают хорошие предложения по зарплате и условиям труда. А затем и Сабина дополнила: «Сколько должен зарабатывать выпускник строительного вуза в Татарстане, чтобы чувствовать себя уверенно и не думать сменить профессию?»
«Строительная отрасль — довольно-таки высокооплачиваемое направление. В нашей сфере очень много направлений и уровней заработной платы, которые бы вы могли получить, имея определенную квалификацию», — говорит Дамир Шайдуллин. Чувствовалось, как он аккуратно пытается подобрать нужную цифру у себя в голове…
«На начальном этапе не меньше 70 тыс. рублей. Это минимально. Это старт, а все остальное зависит от вашей квалификации, от того, какое направление вы выбрали и какой уровень знаний вы на сегодняшний день имеете», — дополнил он.
«Недавно строители обошли по уровню средней зарплаты айтишников, — отметил Константин Михайлик. — На самом деле на стройплощадке грамотного инженера или человека, который работает руками — штукатура, маляра, электрика, никем не заменить. Он в любом случае будет высокооплачиваемым. Объективно строительная отрасль, кроме того, что дает моральное удовлетворение от сделанного результата, предлагая возможность видеть, что ты делаешь, обеспечивает тебя до конца жизни».
«И начало здесь не так важно, главное — выйти на этот трек, а там дальше — бесконечные перспективы. Сегодня стройка не останавливается, она бывает моментами немножко замедляется, где-то чуть лучше идет, чуть хуже, но в любом случае все специалисты строительной отрасли всегда востребованы», — считает Михайлик.
Федеральный замминистра уверен: доходность строительного бизнеса сейчас реально составляет максимум 7-8%, а не те 25-30%, которые многие себе представляют. Для работодателя важнее удержать специалистов, которые уже работают, с кем удалось завершить несколько объектов. И всегда есть определенные ограничения по финансам.
Деньги делят между всеми сотрудниками. Однако все возможности нематериального поощрения и создания условий для молодых специалистов используются максимально: дистанционная работа для архитекторов и проектантов, служебное жилье молодым специалистам, потому что старшему поколению оно уже не нужно. Все возможное делается, чтобы удержать молодежь не деньгами.
«Но по финансам важно понимать: как только появляется ограничение по смете, вы никогда не будете получать больше других. Единственный выход — стать настолько ценным специалистом, чтобы работодатель был заинтересован в вас не меньше, чем в другом работнике», — отмечает Константин Михайлик.
Дурная привычка
Некоторые студенты обрадовались, что в аудитории есть представитель федеральной власти, с которого можно спросить за все. Магистр Ярослав отметил, что сейчас он и его одногруппники вынуждены обучаться на отечественном ПО. Часто оно менее функциональное, и работодатель не может в них работать и по-прежнему пользуется старым проверенным западным, но по всей видимости, уже не лицензионным софтом. А студенты не знают эти программы, поскольку их изучение ведет к нарушению российского законодательства.
«Нельзя ли дать возможность университетам обучать именно на тех программах, которые по-прежнему требуются для рынка?» — уточнят Ярослав.
Замминистра РФ привел в пример май 2022 года, когда западные компании стали блокировать лицензионный софт и закрывать доступ к хранилищам данных. И объемов личных хранилищ у российских организаций не хватило для того, чтобы перетащить всю проектную документацию к себе. Поэтому огромный массив данных был утерян, что в буквальном смысле пролизывало работу некоторых организаций на полгода.
С точки зрения министерства повторения такой ситуации не допустимо. «И обучать вас надо на российских программах, не исключая иностранные, я согласен. Но в первую очередь, на российских», — сказал Константин Михайлик.
Другой вопрос — как стимулировать будущего работодателя использовать российские программы? По мнению чиновника, есть два механизма: один как бы по-хорошему, другой как бы по закону. На подходе закон о цифровом инжиниринговом моделировании, там будет отдельная строчка — это право определения со стороны Минстроя тех направлений, в которых обязательно российское ПО. Все застройщики, которые будут работать с государственными средствами, будут обязаны использовать только его.
Фраза на будущее
Ну и много разговоров было о будущем. Оно же еще не наступило, поэтому более безопасное и фантазировать можно сколько угодно. К примеру, Дамир Шайдуллин считает, что появление 3D принтеров на стройке в Татарстане может произойти в ближайшее десятилетие, не раньше. По его словам, сегодня в Татарстане этим не особо пользуются, но такие проекты есть.
«Это произойдет гораздо раньше, — уверен Константин Михайлик. — Главная проблема была в том, чтобы сделать принтер, который сразу печатал дом целиком. Сейчас научились печатать модули, из модулей складывать кубики — это был первый шаг. Теперь уже модули стали больше».
«Мы три недели назад были там, где строится новый город Сбер-Сити… Там будет 65 тыс. жителей и 70 тыс. работающих каждый день, — продолжил федеральный замминистра. — Коллеги завезли на территорию 25 строительных принтеров. Все внешние панели теперь делаются на принтерах, это быстрее. И там планируют один из домов полностью распечатать на принтере».
Оказывается, федеральный чиновник балдеет, когда видит, как используют промышленных роботов. Паукообразные человекоподобные существа, которые бегают по стенам…
«Мне понравилась история из Китая, где начали использовать роботов для мойки высоких зданий. Выглядит это как из фильма про космос. Хочется, чтобы и у нас такое попробовали, но пока что-то не используют, — поделился Константин Михайлик. — С точки зрения безопасности, рисков гораздо меньше. Если робот сломался или упал, то ставят следующего. Надеюсь, роботы этого не слышат, иначе за мной придет Терминатор ночью. На самом деле жизнь каждого робота не менее важна, чем жизнь человека. Эту фразу я сказал для будущего, чтобы обезопасить себя».
По мнению Константина Михайлика, повсеместное внедрение роботов все равно никогда не станет абсолютным. Уже сейчас крупные компании активно внедряют робототехнику. Демонтаж старых зданий почти полностью автоматизирован, штукатурка, покраска — тоже.
Однако всегда остается необходимость сопоставления стоимости робота и человеческого труда. Многие думают, что использование робота дешевле, но на практике он дороже изначально, да и эксплуатация зачастую превышает стоимость работы человека. Поэтому пока нет равенства, компании выбирают роботов там, где это выгодно экономически.
«Опять-таки вопрос ответственности. Пока законодательно он не решен, — говорит гость из Москвы. — Лично мое мнение: если алгоритм может нанести ущерб человеку, виноваты разработчики. Они должны встраивать столько систем защиты, чтобы итог работы не мог причинить вред. Это основа законов роботехники Азика Азимова: робот не должен своим действием или бездействием допустить нанесения ущерба человеку».
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий